«Аня, что ты делаешь?» Баба Люда схватила ее за рукав. «Ты с ума сошла? Притащить в дом незнакомого мужика с ребенком! Люда Петровна, посмотрите на них!» Аня указала на мужчину, который стоял в их крошечной прихожей, прижимая к груди плачущего младенца. «Они замерзли насмерть! Ребенок может умереть!» «А мы можем умереть от этого незнакомца!» — прошипела старуха.
«Сейчас столько бандитов, наркоманов! Я не бандит!» — тихо сказал мужчина. Его голос дрожал от холода. «Меня зовут Сергей, я просто… Я не знаю, что делать!» Аня посмотрела на него.
Темные волосы мокрые от снега, глаза красные от усталости. Дорогое пальто промокло насквозь. Но главное — ребенок.
Малыш не переставал плакать. «Когда вы последний раз его кормили, — там спросила она. — Утром!» Сергей покачал головой.
«Смесь закончилась! Думал, доеду до города и куплю, но автобусы встали!» «Ясно!» Аня сняла куртку. «Люда Петровна, поставьте чайник, у нас есть детская смесь!» «Какая смесь?» — возмутилась баба Люда. «Откуда у нас детская смесь? Тогда согрею молоко!» Аня взяла ребенка у Сергея.
Малыш сразу замолчал. «Как его зовут?» — «Максим!» Сергей замялся. «Ему три месяца!» «А где его мама?» Сергей отвернулся к окну.
За стеклом бушевала метель. «Умерла при родах!» Аня почувствовала, как сердце сжалось, она посмотрела на Максима. Светлые волосики, карие глаза, крошечные ручки.
«Проходите в комнату!» — сказала она. «Снимайте мокрую одежду! Дам вам что-нибудь сухое!» «Аня!» — баба Люда схватила ее за руку. «Ты думаешь головой? Мы сами еле концы с концами сводим!» «Потом поговорим!» — Аня качала Максима.
«Сначала накормим ребенка!» Сергей прошел в комнату. Аня услышала, как он снимает мокрые ботинки, куртку. Потом тишина.
«Все в порядке?» — крикнула она. «Да!» — донесся глухой голос. «Просто спасибо!» Через полчаса они сидели на кухне.
Максим спал у Ани на руках, наконец-то сытый. Сергей пил чай в ее старом халате, единственном мужском, что нашлось в доме. «Откуда вы?» — спросила Аня.
«Из столицы». Сергей не поднимал глаз. «Работал на заводе.
После того, как жена умерла, меня сократили. Решил поехать в область, поискать работу». «Один с ребенком?» «Больше некому.
Родители жены не хотят нас знать. Мои давно умерли». Баба Люда фыркнула.
«И что, так и будете ездить по городам? С младенцем?» «Не знаю». Сергей пожал плечами. «Не думал дальше завтрашнего дня».
Аня посмотрела на Максима. Малыш мирно спал, сжав крошечный кулачок. «Оставайтесь», — сказала она вдруг.
«До утра». «А там видно будет». «Аня!» Баба Люда подскочила.
«Ты что несешь?» «Буря не скоро кончится». Аня кивнула на окно. «А у нас есть свободная кровать в моей комнате.
Я на кухне переночую». «Я не могусь». Сергей покачал головой.
«Мы вас совсем не знаем. Вот и познакомимся». Аня встала.
«Идите спать. Завтра решим, что дальше делать». Следующие дни пролетели, как в тумане.
Сергей оказался на удивление полезным. Починил кран, который капал полгода. Разобрался с проводкой, даже батарею наладил.
«Вы что, электрик?» — спросила Аня, когда он ловко заменил сгоревшую розетку. «Немного разбираюсь», — уклончиво ответил он. Жена работала инженером.
Кое-что от нее перенял. «Умная была?» «Очень», — Сергей замолчал. Потом добавил тихо.
«Слишком умная для такого, как я». Аня не стала расспрашивать. Она понимала, что говорить о жене ему тяжело.
Максим привык к ней быстро. Улыбался, когда она входила в комнату. Засыпал у нее на руках, даже баба Люда оттаяла.
«Хороший ребенок», — сказала она однажды, когда Сергей ушел искать работу. «Некапризный». «Он понимает, что папе тяжело», — Аня поправила Максиму одеяльце.
«Дети все чувствуют. А папаша странный», — баба Люда нахмурилась. «То ли бедный, то ли богатый.
Руки не рабочие, а, — говорит, — заводской. И манеры не те». Аня тоже это заметила.
Сергей держался прямо. Говорил грамотно. Когда думал, что никто не видит, доставал дорогой телефон.
Но при ней пользовался старый кнопочный «Нокия». «Может, просто интеллигентный», — то и сказала она. «Не все рабочие одинаковые».
«Ага», — баба Люда хмыкнула. «Интеллигентный». В субботу Аня стирала.
Сергей ушел с Максимом гулять. Она разбирала карманы его куртки. Та наконец-то высохла.
И вдруг нащупала что-то тяжелое. Часы. Дорогие, золотые, с кучей стрелок и цифр.
Аня не разбиралась в марках, но понимала. Такие стоят, как ее годовая зарплата. Сердце забилось быстрее.
Она повертела часы в руках, пытаясь понять. Заводской рабочий не может носить такие часы, даже если это подарок жены. «Что это?» — спросила она, когда Сергей вернулся.
Он посмотрел на часы в ее руках. Лицо стало каменным. «Подарок от жены», — сказал он наконец.
«На день рождения. Это же очень дорого». Она экономила.
Сергей взял часы, сунул в карман. «Хотелось сделать мне приятное. Почему не носите?» «Не могу.
Слишком больно». Аня кивнула. Вроде бы логично, но что-то внутри подсказывало — не все так просто.
«Сергей», — сказала она тихо, — «вы мне не доверяете?» «Что?» — он поднял глаза. «Конечно, доверяю. Вы нас спасли».
«Тогда почему у меня ощущение, что вы что-то скрываете?» Он долго молчал. Потом подошел к ней, взял за руки. «Аня», — сказал он, — «я рассказал вам все, что важно.
Остальное слишком больно вспоминать». Она посмотрела в его глаза. Темные, усталые, честные.
Или ей так казалось? «Хорошо», — сказала она, — «я понимаю». Но понимала ли? Вечером, когда Сергей укладывал Максима, она думала об этих часах. Дорогие часы, странное поведение, нежелание говорить о прошлом.
«Кто ты такой, Сергей?», — думала она, глядя на зимнюю метель за окном. «И почему я все равно тебе доверяю? Вы принимаете на работу?» Сергей стоял в проходной строительной фирмы «Горстрой». Прораб Николай Иванович оглядел его с ног до головы.
«Опыт есть?» — «Есть. В столице работал». — «Документы?» Сергей протянул паспорт и трудовую книжку.
Прораб полистал, кивнул. «Завтрак к 7 утра. Испытательный срок — месяц.
Зарплата — 30 тысяч, если зарекомендуете себя хорошо. Спасибо, дома Аня кормила Максима». Ребенок сидел в детском стульчике, который соседка дала на время, и старательно размазывал кашу по лицу.
«Как дела?» — спросила она, когда Сергей вошел. — «Взяли. Завтра выхожу»…
— «Отлично!» — Аня улыбнулась. — «А то я уже думала, как нам всем прокормиться». Сергей сел за стол, посмотрел на нее.
— «Аня, я хочу платить за жилье и за еду тоже». — «Да ладно вам!» — «Нет, серьезно. Вы и так много для нас делаете, я не могу сидеть на шее.
Мы разберемся». Аня вытерла рот Максиму. — «Главное, чтобы работа понравилась».
— «Работа понравилась». Через неделю Николай Иванович уже советовался с Сергеем по сложным вопросам. Тот разбирался в чертежах лучших инженеров, знал все новые строительные технологии.
— «Откуда ты столько знаешь?» — спросил как-то Петрович, старший мастер. — «Читаю много». Сергей пожал плечами.
Жена инженером была, кое-что объясняла. Везучий был. Умная жена — большое дело.
— «Была», — тихо сказал Сергей. После работы он спешил домой. К Ане и Максиму.
Дома его ждал ужин, детский смех, тепло. То, чего у него не было уже очень давно. — «Как дела в садике?» — спросил он, когда они мыли посуду.
— «Нормально». — «Детишки хорошие в этом году. Правда, группа большая — тридцать человек.
Но справляемся». — «Зарплату не повышают?» — «Какое там?» — Аня усмехнулась. — «Тридцать пять тысяч и радуйся».
Зато работа любимая. Сергей кивнул, но что-то в его глазах мелькнуло. Злость или сожаление? — «А что, если бы у вас были деньги?» — спросил он вдруг.
— «Что бы сделали в первую очередь?» — «В садике?» — Аня задумалась. — «Игрушек купила бы новых». — «Книжек.
Да и ремонт не помешал бы. Стены облезлые, пол скрипит…» — «А для себя?» — «Для себя?» — она засмеялась. — «Да мне много не надо.
Квартиру отдельную, может быть, чтобы люди Петровне не мешать, и машину, маленькую, недорогую, чтобы на дачу к тете ездить». — «Все?» — «А что еще? Главное ведь не в деньгах. Главное, чтобы люди рядом были хорошие».
Сергей долго смотрел на нее, потом кивнул. — «Правда. В конце января в садик начали приходить подарки.
Сначала коробка с новыми игрушками, потом книги». Заведующая Марина Владимировна ничего не понимала. — «Кто присылает, не знаете?» — спросила она у Ани.
— «Понятия не имею. Может, кто-то из бывших родителей». — «Странно.
Обычно родители прямо приносят, не анонимно». Аня тоже удивлялась, но радовалась. Детям нужны были эти игрушки и книги.
Дома Сергей все чаще оставался наедине с Максимом, пока Аня работала. Мальчик привязался к нему крепко, называл папа, тянул ручки, когда тот приходил с работы. — «Он тебя любит», — сказала как-то Аня.
— «И я его». Сергей взял Максима на руки. — «Он все, что у меня есть».
— «А я?» — тихо спросила она. Сергей поднял глаза. Посмотрел на нее долго, серьезно.
— «Ты тоже», — сказал он наконец. — «Ты тоже все, что у меня есть». В феврале отключили отопление на ремонт.
Три дня квартира стыла. Баба Люда переехала к племяннице, а они остались втроем. Холодно.
Аня дрожала под одеялом на диване. — Иди сюда. Сергей приподнял одеяло на кровати.
Так теплее будет. Она замешкалась. — Я не приставать буду, — сказал он тихо.
— Просто согреемся. Аня легла рядом. Сергей обнял ее осторожно, по-братски.
Максим спал между ними в детской кроватке. — Хорошо, — прошептала она. — Да.
— Он поцеловал ее в макушку. Очень хорошо. Утром отопление включили.
Но что-то изменилось между ними. Стали ближе. Чаще касались друг друга.
Дольше смотрели в глаза. — Аня, — сказал Сергей в последний день февраля. — Они сидели на кухне, пили чай.
Максим спал. — Мне кажется, я влюбляюсь в тебя. — Мне тоже так кажется, — ответила она.
— И что нам делать? — Не знаю, — Аня улыбнулась. — А что обычно делают влюбленные? Он наклонился к ней. Поцеловал осторожно, нежно.
— Обычно целуются, — сказал он. — Тогда целуй, — прошептала она. И он поцеловал ее еще раз и еще.
А за окном таял снег, и весна входила в их жизнь тихо и неотвратимо. В телефоне Сергея все чаще звонили неизвестные номера. Он не отвечал при Ане.
Уходил в другую комнату, говорил тихо, зло. Потом возвращался хмурый. — Все хорошо? — спрашивала Аня.
— Да, — отвечал он. — Просто старые знакомые достают. Но она видела то, что-то его беспокоит.
Что-то из той жизни, о которой он не хочет рассказывать. И почему-то ей становилось страшно. — Я думаю, нам пора серьезно поговорить.
Сергей взял Аню за руку. Они гуляли по набережной реки. Март был теплый, снег почти растаял…
Максим спал в коляске, которую купил Сергей на прошлой неделе. — О чем? — Аня остановилась у перил. — О нас, о будущем.
Сергей повернулся к ней. — Аня, я хочу, чтобы мы стали настоящей семьей. — Мы и так семья, — улыбнулась она.
— Нет, я серьезно. Хочу жениться на тебе. Официально усыновить Максима, чтобы у него была мама.
Снять нормальную квартиру, где мы будем жить вместе. Аня молчала, сердце бешено колотилось. — Это предложение? — спросила она наконец.
— Да. Самое настоящее. — А как же память о жене? — Сергей сжал ее руки крепче.
— Наташа умерла. Я ее любил, но она умерла. А ты живая.
И я тебя люблю по-другому, но не меньше. — Я тоже тебя люблю, — прошептала Аня. Но мне страшно.
— Чего? — Того, что ты опять исчезнешь. Что проснусь однажды, а вас с Максимом нет. — Никуда я не исчезну, — Сергей обнял ее.
— Мы теперь одна семья. Навсегда. Они поцеловались, а река плескалась у берега, и весна была вокруг них.
Но через три дня все рухнуло. Сергей работал на стройке, когда к воротам подъехала черная Ауди. Из машины вышел мужчина в дорогом костюме.
Высокий, седой, с жестким лицом. — Дима? — Сергей побледнел. — Что ты тут делаешь? — Разыскиваю друга, который пропал четыре месяца назад, — холодно сказал мужчина.
— Привет, Сережа. — Я же сказал… — Оставьте меня в покое, да? Не могу. У нас проблемы.
Серьезные. Без тебя компания разваливается. — Найдешь другого директора? — Нет.
Компания твоя, и ответственность тоже твоя. Рабочие с любопытством смотрели на них. Прораб приближался.
— Дима не здесь, — тихо сказал Сергей. — Встретимся вечером. — Где? — У автовокзала.
— В семь. Дмитрий кивнул, сел в машину и уехал, а Сергей остался стоять у ворот, понимая, что его новая жизнь кончилась. Вечером он пришел домой мрачный.
Играл с Максимом, ужинал, но Аня видела мысли его далеко. — Что случилось? — спросила она, когда они остались наедине. — Ничего.
Просто устал. — Сережа, я же вижу, ты расстроен. — Поговори со мной.
— Все хорошо, — он обнял ее. — Завтра будет лучше, но завтра не стало лучше. Сергей ушел на работу, а в обед позвонил и сказал, что задержится.
Потом позвонил еще раз, что не придет на ужин. Аня волновалась. Максим капризничал, чувствуя ее тревогу.
— Где папа? — лепетал малыш. — Папа работает, — отвечала Аня, но сама в это не верила. В десять вечера она решила пойти к автовокзалу.
Может, что-то случилось? Максима оставила с бабой Людой. У автовокзала было пустынно. Только у кафе стояли две машины.
Та самая черная «Ауди» и белый «Форд», который Сергей иногда брал у знакомых. Аня подошла ближе. Через окно кафе видела двух мужчин за столиком.
Сергей и тот незнакомец из дорогого костюма. Говорили горячо, почти ссорились. — Сережа, ты обязан вернуться, — донесся голос незнакомца.
— Компания твоя — два миллиарда оборота в год. Ты не можешь просто взять и исчезнуть. — Могу, — ответил Сергей.
— И исчез. О сотрудники, о обязательства, о контракты на сто миллионов. Наймите нового директора.
Тебя не заменить. Ты же знаешь, Петровстрой без Петрова развалится. Аня замерла.
— Петровстрой? Это же одна из крупнейших строительных компаний столицы. Она видела рекламу по телевизору. — Дима, я тебе уже говорил.
— устала, — сказал Сергей. — После смерти Наташи все потеряла смысл. Я не могу больше заниматься бизнесом.
— Можешь, можешь, просто не хочешь. Ты играешь в простого рабочего с какой-то провинциальной учительницей. Не смей так говорить об Ане.
— Ты что, влюбился в нее? — Дмитрий засмеялся. — Сережа, ты миллионер, генеральный директор. У тебя квартира в центре столицы, дача в области, две машины.
И ты играешь в нищего? — Я не играю, — тихо сказал Сергей. — Я просто живу. Жить можно и в столице, с деньгами, в своем доме.
Не хочу. А если она узнает правду, что ты ее обманываешь? — Не узнает. — Узнает? Дмитрий достал планшет, показал что-то Сергею.
Тут твоя фотография. Статья в журнале «Деловая страна. Самые успешные предприниматели года».
Думаешь, она никогда не увидит? Аня не выдержала. Отошла от кафе и побежала домой. Сердце колотилось так сильно, что казалось, сейчас выскочит.
Сергей — миллионер, генеральный директор. Все это время он врал ей. Дома она металась по комнате.
Максим спал, баба Люда смотрела телевизор. — Что с тобой? — спросила старуха. — Ничего ж, — соврала Аня.
В час ночи пришел Сергей. Выглядел усталым, виноватым. — Где ты был? — спросила Аня.
— Встречался с человеком из столицы. По работе. — Какой работе? — по старой.
Остались кое-какие дела. Сережа. Аня посмотрела ему в глаза.
— Ты мне врешь? — Что? Он растерялся. — Нет, конечно. Зачем мне врать? — Не знаю, ты скажи.
Аня, я не понимаю. — Ты не понимаешь? Голос ее сорвался. — Тогда объясни мне, кто такой Сергей Петров? Владелец компании «Петров строй».
Сергей замер. Лицо стало белым. — Откуда ты знаешь? — Неважно, откуда.
Главное, это правда? Он молчал долго. Потом кивнул. — Правда…
— Значит, ты миллионер? — Да. — А история про завод, про сокращение — все вранье? — Да. — И ты четыре месяца играл роль бедного рабочего? Аня, я могу объяснить, что объяснить? Она отошла от него.
— Что ты меня обманывал? Что я, дура, кормила тебя последним хлебом, а ты миллионер? Я не хотел тебя обманывать. — Не хотел? Тогда почему обманывал? — Потому что боялся. — Чего боялся? — Что ты будешь со мной не из-за любви, а из-за денег.
А теперь я не знаю, любишь ли ты меня или просто играешь в благородного миллионера. — Аня, пожалуйста, уходи, — тихо сказала она. — Что? — Уходи.
Сейчас же. Забирай Максима и уходи. Но мы же собирались пожениться.
— Мы? — Аня горько улыбнулась. — Я собиралась выйти замуж за Сергея, рабочего с завода. А ты кто? Я тебя не знаю.
Сергей стоял посреди комнаты, и Аня видела, как ему больно. Но ей было больнее. — Хорошо, — сказал он наконец.
— Я понимаю. Поеду в столицу. Поезжай.
Но, Аня, я тебя правда люблю. — Не знаю, — ответила она. — Не знаю, что в тебе правда, а что ложь.
Утром он собрал свои вещи, взял Максима и ушел. Мальчик плакал, не понимая, что происходит. Тянул ручки к Ане.
— Мама! — кричал он. — Мама! Но Аня не взяла его. Не могла.
Слезы застилали глаза, и она боялась, что, если возьмет Максима, то никогда его не отпустит. — Прощай! — сказал Сергей с порога. — Прощай! — ответила она.
Дверь закрылась, и Аня осталась одна. — Ну что ты себя мучаешь, — М-баба Люда поставила перед Аней тарелку супа. — Третий день ничего не ешь! — Не хочется! — Аня отодвинула тарелку.
— Не хочется! — А кто виноват? — сама выгнала мужика хорошего. — Хорошего? — Аня подняла глаза. — Он же врал мне.
— Ну и что? Не убивал же, не бил. Деньги у него есть, и хорошо. Лучше, чем без денег.
Деньги — не главное. В твоем возрасте — главное. Баба Люда села напротив.
— Тебе тридцать два года. Когда замуж собираешься? Детей рожать? — Не знаю. — Аня встала из-за стола.
— Иду на работу. В садике дети сразу заметили ее настроение. — Анна Сергеевна, почему вы грустная? — спросила пятилетняя Маша.
— Не грустная, просто задумалась. — А где дядя Сережа? И малыш Максим? Аня замерла. Дети помнили.
В прошлом месяце Сергей приходил за ней после работы, приносил Максима. Дети играли с малышом, а Сергей помог починить сломанную игрушку. — Они уехали, — с трудом выговорила Аня.
— Навсегда? — Не знаю. А вы их любили? — Да, — прошептала Аня. — Очень.
Дети притихли. Даже они понимали, что с их любимой воспитательницей что-то не так. А в столице Сергей сидел в своем кабинете на тридцатом этаже делового центра и смотрел в окно.
За стеклом был другой мир, дорогие машины, деловые люди в костюмах, рестораны и бутики. «Сережа!» — в кабинет вошел Дмитрий. — Как дело? — Отвратительно, — Сергей не повернулся.
— Зато компания работает. Вчера подписали контракт на двести миллионов. — Отлично.
— А Максим как? — Плачет, — Сергей закрыл глаза. — Каждый день спрашивает, где мама, а я не знаю, что ответить. Найми хорошую няню.
Дети быстро привыкают. Он привык к Ане. И я привык.
Сережа, забудь ее. Миллион таких учительниц найдется. — Не найдется, — тихо сказал Сергей.
— Такая одна. Дмитрий вздохнул. — Ну, хочешь, поезжай обратно в область.
Скажи ей правду. Проси прощения. — Поздно.
Она не простит. — Откуда знаешь? — Знаю, — видел ее глаза. Дмитрий ушел, а Сергей остался один.
Достал телефон, нашел номер Ани. Пальцы зависли над кнопкой вызова. — Что сказать? — Извини, что обманывал.
Я тебя люблю. Вернись ко мне. Он убрал телефон.
Слова не исправят того, что он сделал. Но он мог исправить другое. На следующий день в садик привезли новые игрушки.
Потом пришла бригада рабочих и за неделю сделала ремонт. Поменяли полы, покрасили стены, установили новые окна. — Кто все это оплачивает, — спросила заведующая у Ани.
— Не знаю, — соврала Аня. Она знала. Сердце подсказывало ей, кто это делает.
Может, мэрия решила нас поддержать. Может быть. Но Аня понимала, это Сергей.
Он помнил, что она мечтала отремонтировать садик. И теперь исполнял ее мечту. Вечерами она сидела в пустой квартире и думала о нем.
О том, как он играл с Максимом. Как починил кран. Как целовал ее в последний день февраля.
— Позвони ему, — сказала как-то баба Люда. — Зачем? — Тоскуешь же. И он тоскует, наверное…
Он богатый. У него много дел. — А ты дура, — баба Люда махнула рукой.
— Упрямая дура. Но Аня не звонила. Гордость не позволяла.
В июне в садике случился праздник. Приехали артисты, привезли подарки для детей. Аня узнала.
Это тоже он. — Сергей. — Почему он это делает? — спросила она у пустой комнаты.
— Зачем? Но ответа не было. А в столице Сергей сидел с Максимом в огромной квартире и читал сказку. Мальчик слушал, но глаза его были грустные.
— Папа, — сказал вдруг Максим, — а когда мы поедем к маме Ане? — Не знаю, сынок. Я ее скучаю. — И я скучаю, — прошептал Сергей.
Очень скучаю. В августе на городском конкурсе «Лучший воспитатель года» Аня заняла первое место. Награждение проходило в столице, в доме учителя.
Она не хотела ехать, но заведующая настояла. — Такой чести удостоится. Поездка за счет Министерства в хорошей гостинице поживешь.
Аня согласилась. Может, смена обстановки поможет. В столице было шумно, людно, дорого.
Аня чувствовала себя не в своей тарелке. На церемонии награждения было много важных людей — чиновники, директора школ, журналисты. Когда она поднялась на сцену за наградой, в зале кто-то негромко захлопал.
Аня обернулась и увидела его. Сергей сидел в последнем ряду. Постарел, похудел, но глаза все те же — темные, грустные.
Их взгляды встретились на секунду. Потом Аня отвернулась, взяла диплом и быстро сошла со сцены. После церемонии она выскочила на улицу.
Сердце колотилось. Хотелось бежать, но ноги не слушались. «Аня!» — услышала она знакомый голос.
Она обернулась. Сергей стоял у входа, держа в руках букет цветов. «Поздравляю!» — сказал он.
«Ты это заслужила!» «Спасибо!» — она взяла цветы. «Как Максим?» «Скучает по тебе. Каждый день спрашивает, когда увидит маму Аню.
А ты что отвечаешь?» «Что не знаю!» — Сергей помолчал. «Аня, можно мне тебя увидеть, поговорить?» «О чем?» «О нас!» «О том, что было!» «О том, что могло бы быть!» Аня молчала. Потом покачала головой.
«Поздно, Сережа! Между нами все кончено!» «Я знаю, что был неправ!» «Неправ?» — она горько улыбнулась. «Ты меня обманывал четыре месяца!» «Я боялся…» «Чего ты боялся?» «Что я буду с тобой из-за денег? Сережа, я же тебя любила!» Аня посмотрела на него, на этого мужчину, который разбил ей сердце, который до сих пор разбивал ее сердце одним своим видом. «Сейчас я не знаю, кто ты такой!» — сказала она тихо.
«Прощай, Сережа!» Она развернулась и пошла прочь. А он остался стоять у входа в дом учителя, и ветер трепал его темные волосы. В поезде до города Аня плакала, тихо, чтобы никто не видел.
За окном проплывали леса, поля, маленькие станции. Дома ее ждала баба Люда с чаем и расспросами. «Ну как съездила? Как столица?» «Нормально!» — Аня села за стол.
«Награду дали?» «И все, а больше ничего не было?» «Больше ничего!» — соврала Аня. Но баба Люда не поверила. Она видела красные глаза, как дрожат руки у Ани.
«Встретила его?» — спросила она тихо. Аня кивнула. «И что?» «Ничего!» «Все кончено! Жалеешь?» «Очень!» — прошептала Аня и снова заплакала.
«Аня! Аня! Быстрее!» Крик бабы Люды разбудил ее среди ночи. Аня вскочила с кровати, выбежала в коридор. Старушка лежала на полу у своей комнаты, тяжело дышала.
«Люда Петровна, что случилось?» «Сердце!» — прошептала баба Люда. «Болит!» «Не могу!» Аня бросилась к телефону, вызвала скорую. Потом опустилась рядом с соседкой, взяла ее за руку.
«Все будет хорошо! Врачи сейчас приедут!» «Аня!» — баба Люда с трудом говорила. «Если я умру в тумбочке…» «Конверт!» «Не говорите глупости! Никто не умрет!» Скорая приехала через двадцать минут. Врачи забрали бабу Люду в больницу.
Аня поехала с ней. «Инфаркт!» — сказал врач. «Серьезный! Нужна операция!» «Дорогая?» «Очень!» «Около миллиона!» У Ани закружилась голова.
«Миллион!» «Где она возьмет такие деньги?» «А если без операции?» Максимум полгода — врач покачал головой. «Извините!» Аня сидела в коридоре больницы и думала. Надо брать кредит, продавать квартиру, что-то придумать.
Утром она поехала домой за документами. В тумбочке бабы Люды нашла конверт, о котором та говорила. Внутри были справки о болезни, завещание и… Толстая пачка денег.
Аня пересчитала. «Пятьсот тысяч!» И записка. «Анечка эти деньги прислал твой Сережа.
Каждый месяц с самого мая!» — говорил. «На всякий случай!» А я думала. «Авось пригодятся!» «Не сердись на старуху!» «Простить легче, чем жалеть всю жизнь!» «Твоя Люда!» Аня опустилась на стул.
Сергей присылал деньги. Четыре месяца присылал, а она не знала. Она достала телефон, нашла его номер.
Пальцы дрожали, когда набирала. «Алло!» Голос Сергея был сонный. Была ранняя суббота.
«Сережа! Это Аня!» «Аня?» Он сразу проснулся. «Что случилось? Ты в порядке?» «Со мной все хорошо! Это Люда Петровна! Инфаркт! Нужна операция!» «Сколько?» «Миллион!» «Сережа! Я нашла деньги, которые ты присылал!» «М-м-м! Неважно! Сейчас самое главное – спасти ее!» «Как называется больница?» «Городская областная!» «Передай врачам! Все оплачено!» «Лучшие специалисты!» «Лучшие лекарства!» «Все, что нужно!» «Сережа!» «Потом поговорим! Сейчас беги в больницу!» Операция прошла успешно. Лучшие кардиохирурги столицы приехали в областной центр специально для бабы Люды.
Все было организовано быстро и профессионально. «Кто оплачивает?» – спросил главврач у Ани. «Благотворительный фонд!» – ответила она..
Сергей попросил не называть его имя. Баба Люда пошла на поправку. Через неделю ее перевели в обычную палату.
«Ну что, – сказала она Ане, – позвонила ему?» «Позвонила!» «И что теперь будешь делать?» «Не знаю!» Аня села на край кровати. «Люда Петровна, он же четыре месяца помогал нам!» «Редик отремонтировал, деньги присылал. А я… Я была так жестока с ним!» «Была, – согласилась старушка.
Зато теперь понимаешь…» «Что понимаю?» «Что любовь дороже гордости!» В понедельник Аня попросила отгул и поехала в столицу. Нашла офис «Петров Строй» в интернете. Приехала к зданию делового центра.
«Мне нужен Сергей Петров!», – сказала она охраннику. «По какому вопросу?» «Личному!» «Записывайтесь на прием через секретаря!» Приехала Аня из города. Через пять минут в холле появился Сергей.
Выглядел он успешно. Дорогой костюм, дорогие часы, те самые, что она нашла в его кармане зимой. Но глаза все те же.
Грустные, усталые. «Привет!» – сказал он. «Привет! Можно поговорить?» «Конечно!» «Пойдем в кафе!» Они сели в тихом уголке дорогого кафе рядом с офисом.
Аня чувствовала себя не в своей тарелке среди этого блеска и роскоши. «Как Люда Петровна?» – спросил Сергей. «Лучше.
Врачи говорят, полностью поправится. Спасибо тебе!» «Не за что!» Она хорошая женщина. «Сережа!» Аня посмотрела на него.
«Почему ты все это делаешь? Садик? Деньги? Операция? Потому что люблю тебя, да?» – просто ответил он. «И хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если не со мной!» «А если я скажу, что хочу быть с тобой?» Сергей замер с чашкой кофе в руках.
«Что?» «Я была не права!» Аня опустила глаза. «Да, ты обманывал. Но я понимаю теперь, почему.
Ты боялся, что я полюблю не тебя, а твои деньги. Аня, дай мне договорить. Четыре месяца я злилась на тебя.
Думала, что ты играл со мной. А потом поняла, играл ты с самим собой. Пытался стать тем, кем хотел быть – простым, честным, хорошим.
Я и сейчас хочу быть таким. Тогда будь! Но будь собой, настоящим. Со всеми деньгами, компаниями и проблемами!» Сергей долго молчал.
«А ты сможешь жить в этом мире?» Он показал на дорогое кафе, на деловых людей за соседними столиками. «Не знаю, честно, ответила Аня. Но хочу попробовать, если ты поможешь.
Помогу!» Он протянул руку через стол. «Обязательно помогу!» Она взяла его руку. Теплую, знакомую, родную.
«А где Максим?» «Дома. С няней. Хочешь увидеть?» «Очень хочу!» Они поехали к Сергею.
Большая квартира в центре столицы поразила Аню своими размерами и роскошью. Но больше всего ее поразил Максим. Мальчик вырос, научился ходить и говорить.
Увидев ее, он замер. Потом радостно закричал. «Мама Аня! Мама Аня приехала!» Он бросился к ней, обнял за ноги.
Аня подняла его на руки, прижимая руки. «Я скучал!» — лепетал Максим. «Очень скучал!» — папа тоже скучал.
«И я скучала!» — прошептала Аня. «Очень-очень скучала!» Сергей стоял в дверях и смотрел на них. И впервые за много месяцев улыбался.
«Добро пожаловать домой!» — сказал он тихо. «Спасибо!» — ответила Аня. «Хорошо быть дома!» «Выходи за меня замуж!» — сказал Сергей.
Они сидели на диване в его столичной квартире. Максим спал у Ани на коленях. предложение.
Улыбнулась Аня. «Уже второе!» — «Третье!» — «Помнишь, на набережной весной?» — «Помню!» — «А что изменилось с тех пор?» — «Все!» — Сергей взял ее за руку. «Тогда я предлагал тебе жизнь с обманом.
Сейчас предлагаю честную жизнь. Честную, но сложную. Да.
У меня компания, обязательства, проблемы. Я не могу бросить все и жить в областном центре простым рабочим. А я не могу бросить детей в садики и стать столичной богачкой».
«И не надо!» — Сергей улыбнулся. — У меня есть план. — Какой? — Три дня в неделю я в столице работаю.
Три дня в городе с тобой и Максимом. А один день мы решаем вместе, где провести. А компания справится…
Дима — хороший заместитель. А современные технологии позволяют работать удаленно. А мой садик.
Мой фонд откроет в области Центр развития детей. Ты будешь директором. Зарплата хорошая.
Условия отличные. Детям польза. молчала, обдумывая.
«А если не получится, если мы не сможем жить в двух городах, тогда найдем другой способ, главное — быть вместе». «Хорошо!» — сказала она наконец. «Согласна».
«На все?» — «На все. И на замужество, и на жизнь в двух городах, и на твои миллионы. И на мои проблемы?» — «И на проблемы тоже!» — Сергей поцеловал ее, осторожно, чтобы не разбудить Максима.
«Когда свадьба, — спросила Аня, — как только захочешь, хоть завтра?» — «Нет, не завтра. Люда Петровна еще в больнице. Хочу, чтобы она была на нашей свадьбе».
— «Конечно. А где будем жениться?» — «В оьластном центре. В церкви Белая Троица.
Маленькая свадьба, только самые близкие. А потом, потом Медовый месяц. Куда-нибудь, где тепло.
Втроем». — «Втроем?» — «Ты, я и Максим. Мы же семья».
Сергей крепче обнял ее. — «Да», — сказал он, — «мы семья. Баба Люда выписалась из больницы через две недели.
Аня встретила ее дома с цветами и тортом». — «Ну что?» — сказала старушка, усаживаясь в любимое кресло. — «Помирились с миллионером».
— «Помирились. И замуж выхожу». — «Наконец-то.
А то, — думала дура, — на всю голову останется. Люда Петровна, будете свидетельницей?» — «Конечно, буду. А где свадьба?» — «Здесь.
В городе. В декабре». — «В декабре? Зачем зимой?» — «Мы познакомились зимой.
В метель. Хочется в годовщину пожениться». Баба Люда кивнула.
— «Романтично. А жить где будете?» — «Здесь и в столице. По очереди».
— «Айж ты богачи! По два дома». — «Не по два дома», — засмеялась Аня, — «по одной семье в двух городах». Подготовка к свадьбе заняла месяц.
Сергей приезжал в область каждые выходные. Привозил Максима, и они все вместе выбирали платья, заказывали цветы, решали тысячу мелочей. — «Может, все-таки в столице?» — предложил как-то Сергей.
— «В дорогом ресторане?» — «Нет», — твердо сказала Аня. — «Здесь, в нашем городе, с нашими людьми». — «Хорошо.
Как скажешь». В садике дети готовили сюрприз для любимой воспитательницы. Рисовали картинки, учили стихи.
Заведующая Марина Владимировна купила подарок от всего коллектива. — «Жалко тебя терять», — сказала она Аня. — «Лучшего воспитателя у нас не было.
Я же не исчезаю. Новый центр будет тут же, в городе». — «Не то.
Все равно не то». За неделю до свадьбы Сергей переехал в город совсем. Снял квартиру рядом с Аниной, чтобы соблюсти приличие.
— «Странные традиции», — сказал он. — «Жили вместе, а теперь по разным квартирам». — «Еще неделя», — улыбнулась Аня.
— «Потерпишь». — «Потерплю. Ради тебя все потерплю.
Свадьба была назначена на 20 декабря. За окном кружил снег. Почти такой же, как год назад, когда они познакомились.
— «Хорошая примета», — сказала баба Люда, глядя в окно. — «Снег к счастью». — «Откуда знаете?», — бабушка говорила.
— «Если на свадьбу снег идет, молодые всю жизнь счастливы будут». Утром 20 декабря Аня проснулась от детского смеха. Максим играл в коридоре с бабой Людой.
— «Мама Аня!», — закричал он, увидев ее. — «Сегодня свадьба. Я красивый костюм надену».
— «Очень красивый», — согласилась Аня. — «И будешь самым красивым мальчиком на свадьбе». — «А папа Сережа будет самый красивый папа».
— «Конечно». — «А ты самая красивая мама?» — постаралась, засмеялась Аня. В церкви собрались человек 30, коллеги из садика, несколько подруг Ани, Дмитрий и другие друзья Сергея из столицы.
Максим важно нес кольца на бархатной подушечке. Сергей стоял у алтаря в темном костюме. Когда Аня вошла в белом платье, он улыбнулся так, что у нее перехватило дыхание.
— «Красивая», — прошептал он, когда она подошла. — «Сам красивый», — ответила она. Венчание было долгим и торжественным…
Священник говорил о любви, верности семье. Аня слушала и думала о том, как много они прошли, чтобы оказаться здесь. «Что Бог сочетал, человек да не разлучает», — сказал священник в конце.
— Аминь! — тихо ответили они. После церкви была небольшая гуляния в кафе. Простая еда, домашняя атмосфера.
Максим бегал между столами, всех обнимал. — Речь! Речь! — закричали гости. Сергей встал, взял бокал.
— Год назад, — сказал он, — я был потерянным человеком. Думал, что жизнь кончена. А потом встретил Аню.
Она подобрала меня и Максима на автобусной остановке как котят. Накормила, обогрела, полюбила. — Спасибо тебе, жена, за то, что ты есть! — Горько! — закричали гости.
Они поцеловались под аплодисменты. — Теперь я! — сказала Аня. — Сережа, ты тоже спас меня.
От одиночества, от пустоты, от жизни без любви. Спасибо тебе за то, что ты честный, за то, что ты настоящий, за то, что ты мой. Горько! Они поцеловались еще раз.
Вечером, когда гости разошлись, они сидели дома втроем. Максим заснул на диване между ними. За окном тихо падал снег.
— Счастливо? — спросил Сергей. — Очень! — Аня прижалась к его плечу. — А ты? — Тоже.
Впервые за много лет. — Как думаешь, получится у нас? — Обязательно получится. Мы же любим друг друга.
— Любим! — согласилась Аня. — Очень любим! Максим во сне повернулся, обнял ее за руку. — Мама! — пробормотал он.
— Моя мама! — Да! — прошептала Аня. — Твоя мама. Навсегда! А снег продолжал падать за окном, укрывая их маленький мир от всех бед и печалей.
И было так тихо, так хорошо, что хотелось, чтобы этот вечер длился вечно. — С Новым годом жизни! — вас и сказал Сергей. — С Новым годом! — муж мне ответила Аня и поцеловала его в последний раз в этот самый счастливый день их жизни.
— Мама Аня, смотри! Трехлетний Максим бежал по снегу к автобусной остановке, той самой, где два года назад его папа встретил свою любовь. — Осторожно, не упади! — Аня шла следом, одной рукой придерживая округлившийся живот. Через месяц должна была родиться их дочка.
— Здесь вы познакомились! — Максим показал на остановку. — Здесь папа Сережа ждал автобус. — Правильно! — Сергей подхватил сына на руки.
— Самое важное место в нашей жизни! На остановке теперь стояла небольшая скамейка с табличкой — в память о том, что любовь приходит, когда ее не ждешь. Сергей поставил ее год назад, в первую годовщину их знакомства. — А потом вы поженились! — продолжал Максим.
— И у меня появилась мама Аня, а теперь будет сестричка. — Будет! — улыбнулась Аня. — Совсем скоро! — они дошли до дома.
В их старой квартире теперь жила баба Люда одна. Аня с Сергеем купили большой дом на окраине города но каждые выходные приходили к соседке в гости. — Ну что, молодожены! — встретила их баба Люда.
— Как дела в столице? — Хорошо! — Сергей помог Ане сесть в кресло. — Новый проект запустили. — Доступное жилье для молодых семей.
— А в садике как? — баба Люда обратилась к Ане. — В центре, вы хотели сказать, — поправила Аня. — Отлично! Уже сто детей ходят…
Открываем вторую группу. Детский центр «Мечта», который открыл фонд Сергея, стал лучшим в городе. Аня работала там директором, совмещая это с поездками в столицу к мужу.
— А Сережа как? Не устал от двух городов? — спросила старушка. — Привык уже. — Сергей сел рядом с женой.
— Понедельник, вторник, среда, столица. Четверг, пятница, суббота — областной центр. Воскресенье где захотим.
А компания не страдает? — Наоборот. Прибыль выросла вдвое. Оказывается, когда работаешь для семьи, а не от безделья, все получается лучше.
За эти два года многое изменилось. Петров строй стала образцовой компанией. Высокие зарплаты, социальные программы, честные контракты.
Дмитрий часто шутил, что женитьба сделала из Сергея идеального бизнесмена. — Максим, иди ужинать! — позвала Аня. — Сейчас.
Мальчик играл с новыми игрушками. — Баба Люда, а правда, что если бы мама Аня не подобрала нас тогда, мы бы замерзли? — Может быть. Старушка погладила его по голове.
— Хорошо, что твоя мама добрая. — Самая добрая! Максим обнял Аню. — И самая красивая.
И скоро у нее будет дочка. — У нас будет дочка, — поправил Сергей. — У всех нас.
— Как ее назовем? — спросил Максим. — Думаем, — ответила Аня. — Может, Надеждой или Верой? — А можно Любовь? — предложил Сергей.
— В честь того, что нас спасло. — Можно, — согласилась Аня. Любовь — красивое имя.
Вечером, когда Максим заснул, они сидели в гостиной своего дома. За окном падал снег, точно такой же, как два года назад. — Помнишь, ты тогда спросил, что бы я сделала, если бы у меня были деньги? — сказала Аня.
— Помню. Игрушки в садик, ремонт, машину, квартиру. Все сбылось.
И даже больше. — А что больше? — Семья. Аня положила руку на живот.
Настоящая, большая, счастливая семья. Сергей обнял ее. — Знаешь, о чем я думаю? — сказал он.
— О том, что та метель была не случайностью. Судьба нас свела. — Не судьба, — возразила Аня…
Любовь. Она всегда найдет способ соединить тех, кто должен быть вместе. Даже если один из них врет о том, кто он такой, даже если… Аня поцеловала его.
Главное, кто он на самом деле. — А ты на самом деле хороший человек, Сережа Петров. — И ты хорошая, Аня Петрова.
Они сидели в тишине, слушая, как ветер рвает за окном. Где-то в городе другие люди спешили домой, прятались от непогоды. А у них был дом, семья, любовь.
Через месяц нас будет четверо, — сказала Аня. — Четверо? — повторил Сергей. — Ты думаешь, мы справимся? — Справимся.
Мы же уже справились с главным. — С чем? Научились любить без обмана, доверять без страха, быть семьей. В детской комнате тихо засопел Максим, а в животе у Ани толкнулась их дочка, которая родится совсем скоро и будет расти в доме, полном любви.
— Спокойной ночи, жена, — сказал Сергей. — Спокойной ночи, муж, — ответила Аня. А снег продолжал падать, такой же, как в ту декабрьскую ночь, когда все началось.
И казалось, что он будет падать вечно, укрывая их счастье от всех бед мира, потому что иногда самые лучшие истории начинаются с самых страшных бурь и заканчиваются тихим семейным счастьем, которое дороже всех денег мира.
Два года прошло с того зимнего вечера, когда бедная девушка приютила незнакомого мужчину с ребенком. Два года настоящей любви, честности и семейного тепла.
И впереди была целая жизнь, с радостями и печалями, с детьми и внуками, с любовью, которая выдержала испытания ложью и стала от этого только крепче.